На главную
 
использует технологию Google и индексирует только интернет- библиотеки с книгами в свободном доступе
 
 
     
все страницы

Р. Амбелен
Тайный внутренний круг тамплиеров
стр. 162

Изабеллы, сестры Карла V и супруги Галеаццо Висконти, герцога Миланского, чем и объясняется письмо, направленное Персевалем де Буленвиллье Филиппу-Мария Висконти, брату покойной Валентины;

— кузиной через свойство Жанны де Лаваль, супруги Луи II Бурбон-Вандомского и сестры Жиля де Рэ.

Эти многочисленные факты родства с такими лицами, являющиеся результатом королевского происхождения, которое, как нам думается, мы уже достаточно доказали, самым убедительным образом подкрепляют точку зрения, согласно которой сожжение Жанны было невозможным.

Разумеется, эта эпоха была эпохой бесчисленных преступлений, совершавшихся как во Франции, так и в соседних государствах между членами одного и того же семейства. Так, граф д’Аркур всю жизнь продержал в тюрьме своего отца; графиня де Фуа отравила свою свояченицу, а владыка де Жиак — свою супругу; герцог Бретонский уморил голодом родного брата; граф де Гельдр бросил старика отца в темницу. И так далее, и тому подобное. Но то, что в истории с Жанной вступает в противоречие с этой общераспространенной безжалостностью, так это почести, которые продолжают оказываться ей и после захвата ее в плен (об этом речь пойдет дальше), а главное то, что, несмотря на попытку запугать ее, приведя ее как-то в Руане в камеру пыток, тюремщики отказываются от своих намерений вследствие ее полного безразличия ко всем этим приготовлениям, хотя все было уже готово для применения сильных средств воздействия при допросе. Потому что, если даже преступления, о которых шла речь, были совершены на самом деле, пытки в этой связи оказывались неприменимыми по отношению к «принцам крови». Достаточно перечитать уже сказанное нами о тамплиерах: для «принцев крови» казнь исключалась.

До сих пор недостаточное внимание уделялось роли семейства герцогов Орлеанских в первой части истории Жанны.

Первая задача Жанны — освобождение Орлеана. Еще до того, как она прибыла в Шинон, жители Орлеана получили письмо за подписью Бастарда Орлеанского, извещавшее их о том, что с окраин Лотарингии придет освободительница. Из Лондона от герцога Карла Орлеанского поступил приказ облачить Девственницу в цвета, которые носила Орлеанская династия. После освобождения этого города она разместилась в доме Жака Буше, ее канцлера и казначея, и жила одна. Во время обеда супруга Буше, урожденная Жанна Лю-илье обратилась к ней, называя ее «моя госпожа» («моя Дама», «моя государыня». — Прим. перев. ). Так обращались лишь к самым знатным придворным дамам, к принцессам. С ее прибытием вся власть в городе принадлежала ей одной. Она стала Орлеанской Девственницей, подобно тому как уже существовал Бастард Орлеанский. Такая привилегия принадлежала ей с рождения, ибо она была дочерью покойного герцога Луи и сводной сестрой его сына.