На главную
 
использует технологию Google и индексирует только интернет- библиотеки с книгами в свободном доступе
 
 
  Предыдущаявсе страницы

Следующая    

М.М. СТАСЮЛЕВИЧ
ИСТОРИЯ СРЕДНИХ ВЕКОВ
Крестовые походы (1096-1291 гг.) стр. 194

XIII Так говорил толпе Аладдин, и его кровожадные повеления, дойдя до слуха христиан, распространяют между ними ужас. С унынием и сокрушением они уже видят перед собой смерть и не осмеливаются ни на защиту, ни на бегство; не смеют ни умолять, ни оправдываться. Колеблясь в страхе, все предаются отчаянию; но неожиданно к ним является спасение оттуда, откуда они могли менее всего ожидать. XIV Была между ними дева в зрелом цвете лет, с душой, проникнутой царственными помыслами, и необыкновенной красоты; но она не заботилась о своей красоте, или заботилась настолько, насколько то дозволялось целомудрием. Ее совершенство состояло в том, что она умела скрывать свои достоинства в стенах своего скромного обиталища, и жила одна, никем незнаемая, скрываясь от взоров, похвал и домогательств юношей. XV Но нет такой ограды, за которой могла бы укрыться красота от дани изумления! И ты, о любовь, не согласишься на то! Нет! Ты и открыла скромное убежище девы пылким страстям одного юноши. Любовь, иногда слепая, иногда стоглазая, как Аргус, иногда с повязкой на глазах, иногда дальновидная и проницательная, ты ведешь нежное сердце к предмету его обожания сквозь тысячи препон, в глубину самого таинственного убежища. XVI Их имена: Софрония и Олинд1; они родились в одном городе и были одной веры. Как был он скромен, так она прекрасна; многого желает Блинд, мало надеется и ничего не требует; он или не знает как, или не осмеливается открыть перед ней свое чувство. Софрония же или не видит, или не понимает, или пренебрегает его любовью. Так до сих пор несчастный Блинд старался услужить ей, оставаясь незамеченным, непонятым или отверженным. XVII Об исторической основе этой легенды см. выше. Между тем разносился слух о близости часа, когда будет поражен весь христианский народ. Великодушной и доблестной Софронии приходит на мысль спасти своих единоверцев; мужество возбуждает ее, но стыдливость удерживает; наконец мужество одерживает верх, или, лучше сказать, вступает в союз и делается стыдливым в то время, как стыд приобретает мужество. присоединены две песни, посвященные действиям христианского флота в эпоху осады Иерусалима, чего недоставало в первой поэме. Но эта последняя вставка есть единственное место, достойное внимания в переделке. «Освобожденный Иерусалим», как он вылился целиком из вдохновения поэта, остается гораздо выше ученой его переработки в форме «Завоеванного Иерусалима», и первая поэма составляет всю славу Лассо, несмотря на то что его современники и сам поэт отдали преимущество последней. Такие произведения, как «Освобожденный Иерусалим», стоят в особенном отношении к историческому факту, который им служит только, так сказать, поводом. Крестовые походы в XVI столетии оставили по себе смутные воспоминания в народном воображении, и Лассо отлил их в ясный образ и сделал в первый раз народным достоянием. Поэтому «Освобожденный Иерусалим» имеет для европейского мира то же значение, какое имела «Илиада» для греческого мира. Гений поэзии является творцом второй истории, и к Лассо можно по этому случаю применить слова другого великого поэта, Гете: «Du nur, Genius, mehrst in der Natur die Natur».


  Предыдущая Начало Следующая    
 
 
 
 

DOWNLOAD THE ONLY FULL EDITIONS of

Sir John Froissart's Chronicles of England, France, Spain and the Ajoining Countries from the latter part of the reign of Edward II to the coronation of Henry IV in 12 volumes

Chronicles of Enguerrand De Monstrelet (Sir John Froissart's Chronicles continuation) in 13 volumes