На главную
 
использует технологию Google и индексирует только интернет- библиотеки с книгами в свободном доступе
 
 
  Предыдущаявсе страницы

Следующая    

Европа в средние века: экономика, политика, культура
стр. 297

пение толпы достигло такой силы, что появление сторонников императора уже ничего не могло изменить. Люди побуждали друг друга к действию и высмеивали тех, кто не проявлял должного рвения и не вооружался, а только стоял и глядел на все происходящее. И, наконец, те, кто прежде выражали недовольство Андроником, но медлили, считая дело слишком рискованным, теперь открыто примкнули к мятежникам (стр. 449). По-разному оба писателя вводят в события Андроника, которого Роберт называет Андромес. У Роберта действие течет прямолинейно и события выстраиваются в последовательную цепь. В соответствии с этим повествовательным принципом Андроник-Андромес появляется лишь после коронации Исаака Ангела: он приходит в храм св. Софии, чтобы взглянуть на Исаака, уже надевшего корону (стр. 24). Хониат же свободнее владеет временем, и его художественная последовательность подчас отличается от последовательности реальной. Поэтому, переходя к Андронику уже после рассказа об утреннем боевом настроении толпы, он смело возвращается назад, к «первой страже ночи», когда император еще находился вне Константинополя, в одном из загородных дворцов (стр. 448). Но и по существу трактовка этого эпизода различна у Роберта и Хониата. У Хониата речь идет прежде всего о колебаниях и медлительности Андроника: он остался на месте и не дал никаких указаний, ограничившись коротким письмом, обращенным к жителям Константинополя. Лишь на следующий день он прибыл в город (стр. 448). Наоборот, Роберт представляет императора рыцарственным и деятельным: взяв с собой много людей (gent), Андроник прошел крытыми переходами из Большего дворца в храм св. Софии. И там он увидел того, кто был коронован, и скорбь охватила его. И он спросил у своих людей, нет ли у кого-нибудь лука и стрелы. И взяв лук, он натянул его, чтобы поразить Исаака в сердце. Но тетива лопнула, и Андроник, растерянный и смущенный, удалился во дворец, приказав запереть ворота (стр. 24.) Кстати сказать, образ Андроника, стреляющего из лука, проходит и у Никиты Хониата, но в совершенно иной связи: император поднимается на башню Кентинарий и некоторое время обстреливает из лука толпу, штурмующую Большой дворец (стр. 451). Образ лишен той романтической приподнятости, которая присуща Андро-месу, целящему в сердце своего коронованного соперника. В рассказе о коронации Исаака, как его передает Хониат, есть еще один момент, отсутствующий у пикардийского рыцаря. Когда Исааку предложили корону, он некоторое время от нее отказывался, и его дядя Иоанн Дука, тоже находившийся в храме св. Софии, обнажил голову и просил, чтобы царский венец был возложен на него. Однако народ, увидев сияющую лысину, отверг претендента- старика: народ Константинополя, добавляет Хониат, достаточно натерпелся от дряхлого Андроника и не желал иметь царем стоящего на краю могилы старца (стр. 450). Такой характерный для Хониата сарказм совершенно чужд писательской манере Роберта де Кларк. Сопротивление Андроника было недолгим. Он бежал на корабле, и, конечно, Роберт добавляет, что вместе с ним были его gens


  Предыдущая Начало Следующая    
 
 
 
 

DOWNLOAD THE ONLY FULL EDITIONS of

Sir John Froissart's Chronicles of England, France, Spain and the Ajoining Countries from the latter part of the reign of Edward II to the coronation of Henry IV in 12 volumes

Chronicles of Enguerrand De Monstrelet (Sir John Froissart's Chronicles continuation) in 13 volumes