На главную
 
использует технологию Google и индексирует только интернет- библиотеки с книгами в свободном доступе
 
 
  Предыдущаявсе страницы

Следующая    

Европа в средние века: экономика, политика, культура
стр. 287

Боэцианское же определение музыканта стало для средневековой музыкальной эстетики классическим: «Тот является музыкантом, кто приобщился к науке пения тщательно взвешивающим разумом, не рабством дела, но повелением умозаключений» 83. Абстрактное теоретизирование противопоставляется здесь исполнительскому мастерству, однако далее Боэций все же упоминает музыкантов-исполнителей, хотя и отводит им крайне незначительное место. В «Наставлениях к музыке» характеризуются три типа людей, имеющих отношение к музыке: те, кто играет на инструментах, кто слагает песни и стихи, и те, что судят об исполнении на инструментах и о песнях. Люди, играющие на инструментах, как, например, кифареды, органисты и им подобные, доказывающие свое искусство непосредственным исполнением музыки, не имеют о ней реального знания, поскольку труд их — лишь служение, отделенное от всякого умозрения, составляющего сущность музыки 84. Поэты, относящиеся ко второму типу, стоят несколько выше первых, так как, по- видимому, имеют инстинктивную склонность к слаганию песен, но и они лишены способности к рассуждению. И только третьи, обладающие опытом умозрения и могущие судить о ритмах и кантиленах, ладах и песнях, основываясь на оценках разума, — действительно музыканты. Таким образом, практическая музыка низводится до уровня ремесла, недостойного уважения. Не в исполнении и сочинении, а лишь в деятельности разума заключается истинное служение искусству и музыке в частности. В своих умозрительных рассуждениях боэцианский музыкант сталкивается с тремя видами музыки: «Первая — это музыка мировая (mundana), вторая — человеческая (humana), третья — предназначенная для тех или иных инструментов (instrumentalis), как-то: кифары, флейты и т. п., подражающих кантилене»85. Трактовка космоса как некоего особым образом организованного музыкального инструмента колоссальных размеров аналогична пифагорейской, изложенной в платоновском «Тимее» и аристотелевском «De caelo». По мнению Боэция, музыку, «и прежде всего первую, мировую, следует в особенности находить в том, что мы видим в самом небе, или в сочетании элементов, или в разнообразии времен года. Ведь разве возможно, чтобы столь быстрая махина неба двигалась в бесшумном и беззвучном беге» 86. И даже если звуки от движения небесных тел не слышны человеческому уху, то это происходит не от их отсутствия, а только из-за того, что мы от рождения привыкаем к ним. Между всеми небесными телами существует гармония, «нельзя и представить ничего иного, что отличалось бы такой слаженностью и было бы столь же приспособлено друг к другу» 87. Второй вид музыки — музыка человеческая. Ее понимает всякий, кто углубляется в самого себя. Ведь «что иное сочетает бестелесную 83 «De inst. musica», L. î, с. 34. «Is vero est musicus, qui ratione perpensa canendi scientiam non servitio operis, sed imperio speculations assumpsit...». 84 Ibidem. 85 Ibid., L. I, с. 2. 86 Ibidem. 87 Ibidem


  Предыдущая Начало Следующая    
 
 
 
 

DOWNLOAD THE ONLY FULL EDITIONS of

Sir John Froissart's Chronicles of England, France, Spain and the Ajoining Countries from the latter part of the reign of Edward II to the coronation of Henry IV in 12 volumes

Chronicles of Enguerrand De Monstrelet (Sir John Froissart's Chronicles continuation) in 13 volumes