На главную
 
 
использует технологию Google и индексирует только интернет- библиотеки с книгами в свободном доступе
 
 
     
все страницы

Бейджент М., Ли Р., Линкольн Г.
Священная кровь и священный грааль
стр. 164

различным маневрам, в зависимости от обстоятельств, но, по крайней мере, четыре раза, уже почти побеждая, они проигрывали из-за причин, совершенно чуждых их действиям: в XVI в., когда дом де Гизов почти завладел французским троном; в XVII в., когда фрондеры, в свою очередь, поставили под угрозу корону Людовика XIV, желая отдать ее одному из членов Лотарингского дома; в конце XIX в., когда нечто вроде Святой Лиги предложило объединить католическую Европу вокруг Габсбургов, и только агрессивность Германии и России стала препятствовать к осуществлению этого проекта и спровоцировала войну, которая пошатнула все династии континента.

Но ближе всего к осуществлению своих надежд меро-вингский род был в XVIII в. Через родство с Габсбургами Лотарингский дом, наконец, царствовал в Австрии, и когда Мария-Антуанетта, дочь Франциска Лотарингского, взошла на трон вместе с Людовиком XVI, она имела все основания думать, что Франция очень скоро присоединится к

Священной Римской Империи. И если бы не произошла Французская революция, вполне можно представить себе, что Габсбург-Лотарингский дом около 1800 г. господствовал бы над всей Европой.

Революция нанесла жестокий удар мечте Меровингов, которые увидели, как внезапно все их проекты и надежды, заботливо поддерживаемые более пятисот пятидесяти лет, рухнули. Впрочем, «документы Общины» со своей стороны сообщают, что эти годы смятения и беспорядка особенно тяжелыми были для Сиона, который потерял тогда большую часть своих документов. Этим объясняется выбор в качестве главы Общины на период, последовавший за Революцией, интеллектуалов, вроде Шарля Нодье, способных, благодаря доступу в самые секретные архивы Франции и Европы, восстановить утраченное достояние. Этим и объясняется роль Соньера. Накануне Революции его предшественник Антуан Бигу, возможно, действительно спрятал пергаменты, составленные в 1753 г. каноником Ж.-П. де Негром, потом сбежал в Испанию, где вскоре умер. И возможно, что Сион, по крайней мере, в течение некоторого времени, не знал точно, в каком месте были спрятаны документы, подозревая, тем не менее, что они были захоронены в церкви Ренн-ле-Шато. Имея намерение снова заполучить их, Сион назначил в эту деревню честного и неболтливого священника, готового повиноваться, не задавая вопросов, и мало озабоченного тем, чтобы вмешиваться в деятельность и в интересы ордена. К тому же, если эти пергаменты сообщали еще о чем-то, спрятанном в окрестностях Ренн-ле-Шато, например, то этот человек тогда представлял неоценимый интерес.

Так как Соньер умер, не разгласив о своей миссии, как вскоре и его служанка, Мари Денарно, то в течение последующих лет вокруг Ренн-ле-Шато были предприняты раскопки, не принесшие, однако, никакого результата. Если бы, как мы думаем, там действительно были спрятаны важные документы, то, несомненно, они попали бы в руки одного из многочисленных охотников за сокровищами, привлеченных в эти места. Если только... если только они не были помещены в недоступное для публики место, например, в подземный склеп, или же в пруд, вырытый специально для этой цели в каком-нибудь частном владении. Очевидно, что это был единственный эффективный способ спрятать документы подальше от нескромных и беспорядочных раскопок, ибо для того, чтобы достигнуть склепа, сначала нужно было осушить пруд — совершенно невозможная для тайного осуществления задача. А такой пруд существует неподалеку от Ренн-ле-Шато, рядом с местечком, названным, как нарочно, Лавальдье («La vallee de Dieu» — «Божественная долина») устроенный, может быть, над склепом, который, согласно Леону Фонтану, через цепь подземных ходов легко может привести к бесчисленным пещерам, вырытым в глубине прилегающих гор. Но 20 июля 1971 г. инженер Фонтан покинул свои раскопки...

Что касается пергаментов, найденных Соньером, два из них или, по крайней мере, их факсимиле, много раз были воспроизведены, опубликованы и распространены; зато два других заботливо хранились в тайне, как считает уважаемый лорд Блэкфорд, в сейфе Ллойдс Банк Юроп Лимитед в Лондоне. То есть, вне досягаемости для нас...

А деньги Соньера? Часть из них, как мы видели, была получена в результате финансовых сделок с эрцгерцогом Габсбургским. Но мы знаем также, что значительные суммы были переданы не только Соньеру, но также и епископу Каркассона через аббата Анри Буде, кюре из Ренн-ле-Бэн. Все дает основания думать, что большая часть доходов Соньера шла от Буде через