На главную
 
 
использует технологию Google и индексирует только интернет- библиотеки с книгами в свободном доступе
 
 
     
все страницы

Алпатов М.В., Ростовцев Н.Н.
Искусство. Живопись, скульптура, архитектура, графика
стр. 276

как бы согревается теплыми коричневыми тонами домов и человеческих фигурок.

Наблюдательность Брейгеля столь же очевидно проявляется и в частностях. Здесь стоит вспомнить такие детали, как изображение голых ветвей в «Темном дне» и «Возвращении стад»,— в одном случае они явственно пробуждаются, в другом замирают. При этом каждая деталь глубоко соответствует целому. Например, изображение птиц: в весеннем пейзаже — это маленькая белая чайка, несущаяся высоко среди туч; в летнем — две перепархивающие во ржи перепелки, в осеннем — одна большая птица, одинокая, черная и нахохлившаяся; наконец, в «Охотниках» — с буквально слышным шорохом пролетающая в морозном воздухе сорока.

Природа у Брейгеля и грандиозна и совершенно близка человеку. Она движется и дышит. Она живет. Но было бы неверно видеть в цикле -Времена года» жизнь одной природы. Воссозданный Брейгелем мир заселен людьми. И без их жизни нельзя понять жизнь природы.

Об этих людях трудно сказать более того, что они крепки физически, деятельны и, видимо, трудолюбивы. Но картины цикла не оставляют сомнения в том, что существование людей наполнено истинным смыслом, что оно подчинено закономерностям высшего, глубоко естественного порядка. Эта убежденность рождается ощущением полнейшей слитности людей и природы. Именно в этом слиянии труды и дни людей обретают строй осмысленный и высокий.

Но и природа благодаря людской деятельности получает более соразмерные человеку, более близкие ему черты. Человеческие фигурки не просто разнообразят вид, они вносят особое начало, родственное природному, но и отличное от него. Не случайно фигуры крестьян являются средоточием всех цветовых и композиционных линий. Например, основные цвета первой картины цикла очевиднее всего выражены как раз в костюмах крестьян, а момент пробуждения природы находит себе параллель в начале крестьянских работ; в «Возвращении стад» погонщики как бы несут в себе все живое и деятельное, что есть в этом пейзаже, все композиционные линии сходятся к их группе, в свою очередь двигающейся к уже виднеющимся неподалеку домам родной деревни.

Можно сказать более — сразу же привлекая наш взгляд, людские фигурки помогают нам войти в картину, приобщают нас к совместной жизни природы и человека. Вместе с ними мы вдыхаем сырой весенний воздух, вместе с ними радуемся оживленной панораме зимнего городка, открывшегося промерзшим охотникам.

Брейгель и раньше стремился передать движение жизни, стремился найти единственно верное соотношение мира и человека. Он достиг цели, взяв исходной точкой своих исканий жизнь в ее естественном, трудовом, народном аспекте. Так, волновавший его вопрос о месте человека в мире получил в цикле «Времена года» свое разрешение. Мир, вселенная, не утратив своей величественной грандиозности, приобрели конкретные черты. Человек получил смысл существования в естественном труде, в слиянии с природой.

Собственно, это и определяет исключительность пейзажей «Времена года». Ничего подобного искусство еще не знало. Но и в творчестве Брейгеля они остались в единственном числе. И это понятно. Открыв путь к конкретному изображению жизни людей (и лишь поэтому сумев своим вселенским пейзажем придать реальные черты), Брейгель, естественно, пошел по этому пути.