На главную
 
 
использует технологию Google и индексирует только интернет- библиотеки с книгами в свободном доступе
 
 
     
все страницы

Алпатов М.В., Ростовцев Н.Н.
Искусство. Живопись, скульптура, архитектура, графика
стр. 42

мышц живота, но на краях получает направление вверх — черта, которую можно было бы назвать также капризной, как и выдвинутые из контура линии рук. Движения всей фигуры отрывисты, сообразно с этим и линии лица пестры и разноречивы. Лицо само по себе грубое; курносый, с заостренными ушами, непричесанными волосами, этот сатир принадлежит к наиболее характерным представителям породы демонов природы, для которых первая половина

V века выработала основные формы. Лицо имеет прямоугольную форму, так же как и голова в профиль. Глазные щели образуют горизонтальную линию, делящую лицо на две почти равные половины; параллельно этой линии проведена линия рта. Но в этот правильный рисунок врезываются неожиданно капризные линии; от надбровных дуг вверх и наклонно — складки на лбу; из общих струящихся вниз линий усов и бороды как-то неожиданно проведены также вверх кончики усов, параллельно указанным складкам на лбу. Таким образом, правильные горизонтальные линии кажутся как будто вздернутыми вверх.

Между обеими фигурами лежат на земле флейты — предмет спора. В сторону их обращены изогнутые линии левого бока Афины и правого — Марсия, сюда обращены взоры обеих фигур. Богиня и демон связаны, следовательно, вместе как психически, так и линеарно. Группа Афины и Марсия представляет собою, таким образом, удивительно продуманное и законченное целое.

М. Алпатов ГРЕЧЕСКИЕ НАДГРОБИЯ V ВЕКА ДО Н. Э.

Одно надгробное изображение, написанное в VI веке до н. э. (Афины, Национальный музей), по духу своему еще близко к Дипилону. Собралась толпа мужчин, все они с поднятыми торжественно вверх руками приветствуют ту силу, к которой ни один из них не решается приблизиться. У всех у них вытянуты пальцы, все объяты одним чувством, и старцы, и мужи, и мальчик. Здесь ясно, что смерть — это нечто таинственное, страшное. Толпа людей, проникнутых одним чувством благоговейного почтения, скорби, вниманием, сознанием важности происходящего,— вот что характеризует это изображение, созданное в эпоху архаики.

Рассмотрим одну аттическую чашу краснофигурного стиля Колмары около 490 года до н, э. (Ганновер, Кестнер-музей). Юноша стоит, опираясь на палку, и размышляет о смерти. В этой вазе мастер близок к стеле с задумчивой Афиной. Вся композиция произведения наполнена духом стихов Стесихора о бесполезности и ненужности рыдать о тех, кто умер. «Малого праха земли довольно. Высокая стела весом огромным пусть богача тяготит»,— говорится в одной позднейшей надписи.

Юноша подобен философу, который думает о том, что значит все сущее в сравнении с небытием. Фигура юноши несколько сжата, чтобы она могла быть вписана в круглое обрамление. К тому же надгробная плита слегка покосилась и соответственно этому косо падает часть плаща. Одежда передана так, чтобы при этом было видно все тело и поставлена грудь его фасом. Нужно