На главную
 
использует технологию Google и индексирует только интернет- библиотеки с книгами в свободном доступе
 
 
  Предыдущаявсе страницы

Следующая    

Янин В.Л.
Актовые печати Древней Руси XV в.в.
в двух томах
стр. 100

опираясь на наблюдения над миниатюрой, вынужден следующим образом объяснить набор изображений на верху шишака: «Три верхних изображения: на шлеме вполне объяснимы, так как это патроны семейства: Федор — патрон самого владельца, Георгий — деда (Юрия Долгорукого), Василий — прадеда, родоначальника Мономашичей — Владимира Мономаха». Где же в таком случае помещено патрональное обозначение отчества? На этот вопрос Б. А Рыбаков отвечает так: «Минусом этой гипотезы является то, что мы не знаем крестного имени отца Мстислава- Федора, князя Ростислава Юрьевича. Бели он носил имя Михаила (как Ростислав Смоленский) или Василия, то подбор натрональных святых подтверждал бы эту гипотезу. Если отца князя звали Ростиславом-Михаилом, то приведенная выше схема патрональных святых остается в силе, а вынесение архангела Михаила, патрона отца князя, на чело объясняется тем, что Михаил — «великий архистратиг», «небесных сил воевода», т.е. прежде всего патрон всех полководцев» **. Все это построение представляется нам неверным. И не потому, что Б. А. Рыбаков исходит из единства композиции всех изображений шлема, хотя им самим обосновывались поздний характер и инородность пластины с изображением Михаила, а потому, что отца Мстислава Ростиславича — Ростислава Юрьевича не могли в крещении звать ни Михаилом, ни Василием. У него, как это хорошо известно, родными братьями, жившими с ним в одно время, были Василько и Михалко. Поэтому он не мог не называться иначе. Нам по-прежнему представляется наиболее аргументированным мнение о принадлежности имени Феодор и шлема Ярослава Всеволодовича одному из двух сыновей Юрия Долгорукого — Ростиславу или Мстиславу. Уточнить это решение не помогает пока и обращение к другим буллам с изображением св. Георгия, еще нами не рассмотренным. Понятно, что, если бы нам удалось определить принадлежность одному из названных выше Юрьевичей буллы с изображением святых Георгия и Василия (№ 230), на долю другого осталась бы именно та группа печатей, которая оказалась столь трудной для определения. Однако георгиевская печать с изображением св. Василия не имеет отношения ни к Ростиславу Юрьевичу, ни к его младшему брату Мстиславу. Она не может принадлежать какому-либо из 48 В. А. Рыбаков. Русские датированные надписи XI— XIV ее., стр. 35. этих князей, поскольку у них был брат Василько Юрьевич и, следовательно, ни одного из них не звали Василием. Следует так же решительно отбросить предположение, что Ростиславу и Мстиславу Юрьевичам могли бы соответствовать какие-либо варианты печатей с изображением святых Георгия и Андрея и святых Георгия и Димитрия. Такие печати, как уже отмечено, представлены в разновидностях, и поэтому теоретически допустима мысль, что каждый из этих типов принадлежал не одному, а разным князьям. У Мстислава и Ростислава Юрьевичей были братья по имени Андрей (Андрей Боголюбский) и Димитрий (Всеволод Большое Гнездо). Поэтому указанные имена им принадлежать не могли. Из всех этих рассуждений возможен только один вывод. В собранных сейчас материалах буллы одного из княживших в Новгороде братьев Юрьевичей пока не представлены. Не предрешая вывод о конкретной атрибуции буллы, несущей изображение святых Георгия и Василия, мы должны обратить внимание на следующее важное обстоятельство. Этот тип по своему художественному характеру резко отличен от обычных для XII в. печатей с их статичными композициями, непременным изображением воинов в полный рост с копьем параллельно туловищу в правой руке и со щитом в левой руке. На булле с изображением Василия Георгий извлекает меч из ножен, его щит заброшен за спину. Эта сравнительно поздняя композиция находит себе ближайшие аналогии в тех буллах, которые мы отнесли ко времени Всеволода Юрьевича: на обоих вариантах таких печатей (№ 211, 212) св. Димитрий извлекает меч из ножен. Рассматриваемая печать обнаруживает также общую стилистическую близость к тем вариантам борисоглебских печатей, которые выше определены принадлежащими князьям Святославуи Всеволоду Метис лавинам (№ 207, 208). По-видимому, владельца этой печати следует искать в хронологических рампах первой четверти XIII в. Н. П. Лихачев, издавший печать с изображением святых Георгия и Василия, высказал предположение об ее принадлежности Юрию Долгорукому, которого в крещении звали Георгием Васильевичем49. Однако такое определение неприемлемо из-за только что отмеченной анахроничности ее композиции периоду деятельности Юрия Долгорукого. В этой связи уместно коснуться здесь одного вопроса, важного как в методическом, так и в 19 Н. П. Лихачев. Материалы для истории византийской и русской сфрагистики, вып. 1, стр. 79—61.


  Предыдущая Начало Следующая    
 
 
 
 

DOWNLOAD THE ONLY FULL EDITIONS of

Sir John Froissart's Chronicles of England, France, Spain and the Ajoining Countries from the latter part of the reign of Edward II to the coronation of Henry IV in 12 volumes

Chronicles of Enguerrand De Monstrelet (Sir John Froissart's Chronicles continuation) in 13 volumes